Уфимская чудотворная икона Божией Матери «Утоли моя печали»
Уфимская чудотворная икона Божией Матери «Утоли моя печали»История о том, как икона «Утоли моя печали» трижды спасала Уфу. Как малочисленные защитники отбили Пугачева в снежной метели? Почему советская власть разрешила крестный ход во время голода 1921 года? Читайте о чудесах главной святыни нашего города.
Почитание этого образа в нашем городе берет свое начало как вздох измученного сердца — во время страшной осады Уфы войсками Пугачева. Разбойники атамана Чики Зарубина с конца осени и всю зиму неоднократно пытались взять крепость приступом. Почти каждый день защитники совершали крестный ход вокруг стен, поднимая святые иконы из всех церквей. Молитвы начинались и заканчивались в главном тогда соборе города, посвященном Смоленской чудотворной иконе Богородицы. Чтобы не распространилось уныние от многомесячной осады, дворянство приносило клятвы верности императрице перед главными святынями — Уфимско-Богородской и Смоленской иконами. Это была присяга пред Самой Царицей Небесной о единстве защитников. Очень точно об этом состоянии духа писал А.С. Пушкин в «Капитанской дочке».
В день памяти малоизвестной тогда иконы «Утоли моя печали», 25 января по старому стилю (7 февраля по новому), разыгралась сильнейшая метель. Как сообщали «Уфимские епархиальные ведомости», снег скрыл всё: звуки, людей и даже ориентиры. И конечно, приступ был настолько внезапным, что защитники были совершенно не готовы дать отпор. Ситуация казалась безнадежной: враг превосходил числом, удар был нанесен врасплох, и город ждала участь многих поволжских крепостей — разорение и поругание.
Однако произошло невероятное. Малыми силами горожане заставили отряды Зарубина отступить с огромным уроном (до двухсот человек), при этом погибших защитников оказалось очень мало. Всех павших героев похоронили с честью в городском соборе. И весь народ, от мала до велика, единодушно отнес эту победу к проявлению помощи Божией Матери.
С тех пор жители Уфы крепко полюбили этот образ. Много позже стала широко известна другая чтимая икона того же извода, которую привез со Святой Горы Афон в 1849 году крестьянин Вятской губернии Василий Любимов. Несмотря на свое простое происхождение, он украсил икону серебряно-вызолоченной ризой и пожертвовал её в Успенскую церковь. По свидетельству настоятеля храма священника Стефана Константиновского:
«Икона была особо чтимая прихожанами, перед ней часто служились молебны и акафисты Божией Матери, ее часто берут в дома для служения молебнов и акафистов…».
Новое прославление этой афонской гостьи пришлось на самое страшное время — голодный 1921 год. Когда тело народа было изъедено голодом, а дух сломлен отчаянием, прихожане совершили настоящий подвиг веры. Они добились разрешения у самого НКВД совершать ежегодный крестный ход по домам верующих. Подумайте над величием этого момента: безбожная власть ставит печать на бумаге, разрешающей носить икону ради избавления от голода! Двенадцать дней, с 12 по 24 июля, святыня обходила умирающие дома.
Священник шел в зачумленный или голодающий двор не один — впереди него сиял лик Богородицы, Которая уже останавливала здесь пугачевские копья и снежные бури. И беда снова отступила. Там, куда входила эта икона, скорбь переставала быть бессмысленной мукой и претворялась в молитву. Матерь Божия утоляла главную язву — ужас неминуемой гибели, давая людям крепость пережить невозможное.
Сегодня мы живем в иное время, но человеческая природа неизменна. Мы так же болеем, теряем близких и боимся будущего. И глядя на путь Уфимской иконы «Утоли моя печали» — через кровавый снег Пугачева, тихие домашние молитвы XIX века и бюрократические печати НКВД, — понимаешь одну простую вещь. Для Заступницы Усердной нет закрытых дверей. Ни метель, ни вражеский штык, ни государственный атеизм не властны преградить Ей путь к тому, кто взывает из глубины души: «Утоли моя печали». Аминь.
Просмотров (165)
